Цыппурс – праздник зимнего солнцестояния. Его отмечали в ночь с 21 на 22 декабря. Зимнее солнцестояние было для осетин важным этапом в аграрном календаре, поскольку оно знаменовало начало увеличения светового дня и наступление нового цикла в сельском хозяйстве.
В дохристианские времена этот праздник был связан с почитанием огня и солнца, совпадал с праздником солнечного огня «Æртхурон», который отмечался в дни зимнего солнцестояния.
Осетинское название цыппурс – восходит к древнеиранскому слову со значением сорок. Происхождение этого слова связано с сорокадневным постом, который предшествовал в отдаленном прошлом этому торжеству. В 1928 г. этнограф Бекыза Каргиев писал, что некоторые осетины, преимущественно старшего возраста, постились на протяжении двух недель до праздника.
До сих пор бытует упрощенное мнение, будто поститься (говеть), значит просто воздерживаться от скоромной пищи – мяса и молочных продуктов. Однако истинный смысл или идея религиозных постов заключается прежде всего в духовно-нравственном очищении человека. Важную роль играет и физиологический аспект. Именно поэтому в такие дни верующим особенно предписывалось не совершать неблаговидных поступков, а пищу употреблять самую простую.
В начале праздника подростки набирали веток с колючками и «укрепляли» все элементы жилья, домашней утвари и хозяйственные постройки этими колючками.
В праздничную ночь готовилось сытное угощение для домочадцев и ожидаемых гостей. Обильная и жирная пища должна была обеспечить сытную жизнь на будущий период. Взаимные посещения и угощение соседей и родственников считались хорошим тоном.
«Почти около каждого дома складывались целые горы из сена, соломы, можжевельника и сосны для костров. В работе принимали участие все мужчины – от стариков до малолетних подростков, причем старшие складывали, а подростки суетливо бегали и приносили связки горючего материала. Наконец, во всех видных местах приготовления были уже закончены. Был дан сигнал, и через несколько минут аул осветился целым заревом. Молодежь бегала вокруг костров, прыгала через них, приговаривая по-осетински: «Пусть все зло останется в огне».
Затем все взялись за руки, образовали большой круг и начали петь и ходить вокруг костра.
Старики вели беседы, судили и разбирали – у кого лучший костер, а лучший костер означал лучшую и надежнейшую молодежь.
После пения один из участвующих принес чашку пива, кусок шашлыка и часть курдюка и передал старшему из присутствующих.
Тот поклонился, чтобы Бог дал им всем дожить до будущего праздника и, поблагодарив молодежь, бросил кусок сала в догоравший костер, произнеся: «Пусть наша жизнь будет приятна Богу, как приятно сало (сой) в нашем быту». Все столпились у костра. Я спросил о значении костров. Некоторые не знали совсем значение этого обычая, говоря, что он пришел к ним от предков; другие объясняли, что костры зажигаются в воспоминание того, что когда рождался Христос, было холодно, а чтобы при рождении ему было тепло, и зажигают костры. Другие объясняли иначе и, между прочим, говорили, что зажигая костры, они тем самым выражают радость о родившемся».
Празднование Цыппурса было преддверием Нового года, поэтому во многом напоминало соответствующую ему обрядность. Об этом свидетельствует и его второе название «Ног азы сӕр», засвидетельствованное в материалах историком Л.А. Чибировым.
Сейчас большинство осетин Цыппурс относят к Рождеству и отмечают 7 января. Произошло объединение православной и древней народной языческой традиции, связанной с зимним солнцестоянием. Иллюстрации созданы в google. gemini.